221 год назад на свет появился «наше все», гениальный Александр Сергеевич Пушкин

June 6, 2020
221 год назад на свет появился «наше все», гениальный Александр Сергеевич Пушкин

6 июня мир отмечает день рождения великого русского поэта, одного из самых авторитетных литературных деятелей первой трети XIX века Александра Сергеевича Пушкина, появившегося на свет в 1799 году в Москве. 

Тирасполю посчастливилось принимать у себя Александра Сергеевича. Хотя сведения об этом самые противоречивые, но однозначно можно сказать одно: здесь в 20-х годах прошлого века ступала нога Александра Сергеевича. Это случилось во время южной ссылки Пушкина, в которой он пребывал в Кишиневе с 21 сентября 1820 года до середины 1823 года, и позже, когда был переведен в Одессу и находился там еще год.

Пушкин томился в южной ссылке, и ему хотелось вырваться из того скучного, обыденного уклада жизни, в которую поэта против его воли загнали. Александр Сергеевич стал даже тайно составлять план бегства к генералу русской армии, греку А. Ипсиланти, возглавившему греческие добровольческие отряды. Поэт мечтал драться с турками. Чтобы хоть как-то отвлечь его от этих планов, Пушкину в феврале 1821 года организовали поездку в Одессу сроком на один месяц. Александр Сергеевич по дороге проезжал через наш город и зимний уездный Тирасполь не привлек, скорей всего, его внимание, так как у поэта на сей счет не осталось никаких записей.

Второй раз поэт посетил Тирасполь в середине 1823 года, когда уезжал из Кишинева в Одессу к новому месту ссылки. Как Пушкин вел себя в Тирасполе и что делал в ту поездку, ничего достоверно не известно, хотя в ту пору его друг, майор Раевский, уже сидел в местной крепости.

Правда, у тираспольских старожилов ходила одна быль... Будто Пушкин просил у городских властей разрешение о допуске его в крепость на свидание к В.Ф. Раевскому. Но получил отказ и обратился к командиру 6-го корпуса генералу Сабанееву. Генерал тоже отказал. Тогда Пушкин подошел к крепостным воротам, вызвал тюремного начальника и дал ему пять рублей ассигнациями, чтобы тот разрешил свидание.

Получив согласие, Пушкин поднялся на крепостную насыпь и наблюдал за своим другом. Скорее всего это легенда. Так как в крепости никакой официальной тюрьмы не было, а следовательно, и тюремного двора. Городское начальство к военному гарнизону и тогда еще не осужденному официально Раевскому отношения не имело. А генерал Сабанеев тоже вел себя совсем иначе, но об этом по порядку.

Известно, что за год пребывания в Одессе Александр Сергеевич еще дважды проезжал через Тирасполь в Бессарабию. Если о первой поездке не сохранилось никаких документов, то о второй, во второй половине января 1824 года, есть упоминания в разных источниках, в том числе и в дневниках друга Пушкина – Ивана Липранди. В середине января к Пушкину в Одессу приехал Иван Липранди и они вдвоем отправились в Тирасполь, где остановились в доме офицера Павла Липранди, брата Ивана. Иван Липранди отправился с деловым визитом к командиру 6-го корпуса, расположенного в Тирасполе, генералу Ивану Васильевичу Сабанееву. В ходе беседы Сабанеев спросил Липранди: «А где же твой брат?»

- Он остался дома с Пушкиным.

Генерал оживился. Немедленно был вызван ординарец и отправлен на квартиру к Ивану Липранди, который жил по Почтовой улице (будущей Покровской).

Пушкин знал, что Сабанеев способствовал аресту Раевского, и потому вначале очень неохотно пошел на эту встречу. Но отказать в конечном итоге не смог, видимо, не желал подвести Павла Липранди, состоявшего адъютантом у Сабанеева. В ходе встречи Александр Сергеевич разговорился и очень понравился своим остроумием жене генерала Пульхерии Яковлевне. Обед удался, хозяева остались в хорошем настроении, как и ушедшие гости. На другой день Иван Липранди повез Александра Сергеевича в Бендеры, где по преданиям жил 135-летний казак Искра, помнивший Петра I, Карла XII. Пушкин просил старого казака рассказать, что ему было известно о гетмане Мазепе и его могиле. Но старик только пожимал плечами и говорил, что не только не знает могилы, но и имени такого не слышал. Пушкин явно вернулся в Тирасполь огорченным, так как в его голове уже, видимо, бродили замыслы поэмы «Полтава» (1828-1829 гг.), где поэт напишет:

Прошло сто лет – и что ж осталось 

 От сильных, гордых сих мужей, 

 Столь полных волею страстей? 

 Их поколенье миновалось - 

 И с ним исчез кровавый след ...

В стране – где мельниц ряд крылатый

Оградой мирной обступил 

 Бендер пустынные раскаты, 

 Где бродят буйволы рогаты 

 Вокруг воинственных молил, 

- Останки разоренной сени, 

 Три углубленные в земле 

 И мхом поросшие ступени 

 Гласят о шведском короле. 

 С них отражал герой безумный, 

 Один в толпе домашних слуг, 

 Турецкой рати приступ шумный, 

 И бросил шпагу под бунчук; 

 И тщетно там пришлец унылый 

 Искал бы гетманской могилы: 

 Забыт Мазепа с давних пор; 

 Лишь в торжествующей святыне 

 Раз в год анафемой доныне, 

 Грозя, гремит о нем собор...

Так Пушкин увековечил свое посещение Бендер. О Тирасполе поэт ничего не написал. Может быть, неприятные ассоциации у него возникли именно потому, что его друг томился в местной крепости.

Подполковник И.П. Липранди записал в своем дневнике: «В Тирасполе узнал, что Пушкин, возвратясь из Бендер, после тщетной попытки отыскать могилу Мазепы и ханские дворцы с фонтанами в Каушанах хотел продолжать путь ночью, и только внезапный холодный дождь заставил его отдохнуть с тем, чтобы назавтра выехать со светом; но трехсуточная усталость и умственное напряжение погрузили его в крепкий сон».

Братья Липранди за ужином упомянули поэту, что можно устроить встречу с Раевским. Адъютант Сабанеева Павел Липранди решил сделать поэту приятное. Иван Липранди вспоминал об этом: «Когда Пушкин проснулся, брат мой был уже у Сабанеева и, возвратясь, нашел Пушкина готовым к отъезду. Но предложение видеться с В.Ф. Раевским, на что Сабанеев, знавший их близкое знакомство, сам выразил согласие, Пушкин решительно отвергнул, объявивши, что в этот день к известному часу ему неотменно надо быть в Одессе. По приезде моем в сию последнюю, через полчаса я был уже с Пушкиным... На вопрос мой почему он не повидался с Раевским, когда ему было предложено самим корпусным командиром, Пушкин, как мне показалось, будто бы несколько был озадачен моим вопросом и стал оправдываться тем, что он спешил... что немец Вахтен не упустил бы сообщить (...) в Тульчин, а там много усерднейших, которые поспешат сделать то же в Петербург».

Итак, Пушкин сам отказался от возможности увидеть Раевского и никаких запретов на встречу ему не накладывали. Как видно, были тираспольских старожилов о Пушкине не имеют под собой документальной основы. Как и то, что Павел Липранди жил в нынешнем доме №20 по улице 25 Октября (прежде Почтовой). Но дело не в этом. Конечно же, великий поэт ночевал в доме Павла Липранди, который, вполне возможно, жил на центральной – Почтовой – улице, ведь он был адъютантом самого Сабанеева. Но сохранился ли его дом? Об этом история пока умалчивает. Но она не умалчивает о другом. Город хранил всегда память о великом поэте. В честь 100-летия со дня рождения А.С. Пушкина Городская Дума приняла решение выделить 750 рублей на содержание и открытие женской народной школы в память Пушкина и 300 рублей выделила на устройство 26 мая 1899 года празднества в честь столетнего юбилея поэта. На заседании Думы 29 октября 1899 года уже был доложен доклад управы об избрании попечительницы во вновь открытое «женское №7 училище имени А.С. Пушкина». На должность эту предложили супругу городского головы Домникию Кирилловну Тимченко. За нее отдали 17 шаров, а против всего три.

Пребывание А.С. Пушкина в Тирасполе не прошло даром. В его честь, в год 100-летия поэта, была названа одна из старейших улиц города (ее первоначальное название – Пушкинская, а нынешнее – улица Пушкина).

Имя Пушкина носит центральная городская библиотека и средняя школа №2. Именно у этих двух организаций просвещения в 90-е годы ХХ века с промежутком в три года были установлены два памятника за авторством известных российских скульпторов. Открытие памятника в сквере центральной городской библиотеки Тирасполя, которая с 2002 года носит имя великого русского поэта, состоялось в 1990 году. Его автор – Вячеслав Клыков, известный советский и российский скульптор, член Союза художников СССР – изобразил поэта в полный рост. Пушкин опирается на классическую колонну, которую венчает небольшая скульптурка крылатого коня Пегаса, символа поэтического творчества и вдохновения.

Еще один памятник, бюст А.С. Пушкина, был установлен у здания средней школы №2, носящей с 1949 года имя поэта. Автором бюста стал советский и российский скульптор Владимир Артамонов, один из братьев, которые хорошо известны в Приднестровье как создатели памятника великому русскому полководцу А.В. Суворову.