«Единственный способ избавиться от драконов — это иметь своего собственного»

Е.Шварц «Дракон»

«Мы наш, мы новый мир построим...» 

Немного истории.

По итогам парламентских выборов в феврале 2019 года, демократическая партия Молдовы, во главе с молдавским олигархом Владом Плахотнюком, потеряла парламентское большинство.

Парламент разделился на три почти равные части: ПCPM (партия социалистов - президент И.Додон), ДПМ (партия демократов - олигарх В.Плахотнюк) и прозападный блок «ACUM» (М.Санду “PAS” и А.Нэстасе “Platforma DA”).

Самостоятельно ни одна из сил не могла создать правительство, а пойти на коалицию с кем-либо из соперников никто не хотел.

Согласно молдавской конституции, если в течении 3 месяцев парламент не назначает правительство, его распускают и проводят внеочередные парламентские выборы.

Под угрозой потери власти к началу июня социалистами и блоком “ACUM” («Сейчас») была создана ситуативная коалиция, основной целью которой было свержение режима главного молдавского олигарха Влада Плахотнюка, по сути захватившего на тот момент почти все госорганы, кроме президентуры.

Последующая попытка государственного переворота (7-14 июня) со стороны олигарха не увенчалась успехом, в первую очередь благодаря согласованным действиям внешних игроков, единодушно поддержавших коалицию, у каждого из которых к Плахотнюку были свои претензии.

В одной только России на одиозного олигарха было возбуждено несколько уголовных дел, в том числе по обвинению в поставках гашиша, незаконном выводе денег и даже в организации заказного убийства. В результате тогдашний единоличный правитель Молдовы в России был объявлен в розыск.

Кроме этого, Кремль предъявлял и политические претензии к Плахотнюку: олигарх был открыто враждебен Москве и всячески ей противодействовал, демонстрируя Западу свою незаменимость.

Запад, в лице США и Евросоюза, в свою очередь пугало уверенное превращение Молдовы в криминальную диктатуру.

В общем, как говорится Кремлёвско-Брюссельско-Вашингтонские «звёзды сошлись»...

В итоге Плахотнюк сбежал, правительство было сформировано на паритетных условиях между «пророссийскими» социалистами и «прозападным» блоком «ACUM». Во главе парламента стала социалист Зинаида Гречаный, а пост премьер-министра заняла «прозападница» Майя Санду (напомню, Молдова — парламентская республика).

Международные партнёры пожали друг другу руки и вместе с молдавским обществом стали ждать антикоррупционных реформ и других изменений на пути к светлому будущему.

«Не долго музыка играла...»

Собственно коалиция продержалась совсем не долго. После изгнания олигарха из страны и частичной замены проплахотнюковских руководителей министерств и ведомств общие интересы у левых и правых закончились.

Делиться властью никто не хотел. Каждая из сторон усиленно занялась самопиаром, и всю оставшуюся часть 2019 года, зарабатывала себе очки в преддверии президентских выборов-2020.

Дальше началось перетягивание одеяла. Коалиционное правительство, слава Бory, ничего кардинального сделать не успело. Вялые попытки реформировать силовые органы ни к чему конкретному не привели. Самое яркое, чем запомнился один из лидеров «ACUM» Андрей Нэстасе (коалиционный министр внутренних дел), — это установка большого распятия в вестибюле министерства.

Премьер Майя Санду металась от одной евростолицы в другую, по дороге заключая с международными банками и фондами сомнительные сделки. В частности, передала банковскую систему страны иностранцам — контрольные пакеты акций трёх крупнейших молдавских банков (Victoriabank, Moldova-Agroindbank и Молдиндконбанк) были переданы соответственно румынскому Banca Transilvania, международному консорциуму инвесторов (ЕБРР, Horizon Capital и AB Invalda) и болгарской небанковской компании Doverie United Holding.

Взамен Майя Санду договорилась с МВФ о предоставлении очередного кредита на сумму в 46,5 млн долларов США.

Кроме странного финансового взаимообмена правительство Санду приняло ещё несколько очень непопулярных решений по повсеместному увеличению налогов, подняло ряд акцизов, а также сократило число льгот для населения. Плюс повысило тарифы на коммуналку.

Правда повысить удалось только плату за электроэнергию. Вопрос с поднятием оплаты за газ и, соответственно, тепло, был «заморожен» благодаря главному «энергопоставщику» — России.

Всё вышеперечисленное вряд ли можно назвать антикоррупционными реформами, это больше относится к обязательствам перед Евросоюзом и другими западными фондами и партнёрами, чьим инструкциям следовала премьер Санду.

Попытки реформировать судебную власть и надзорные органы у коалиционного правительства явно не получилось. Начались затяжные «бодания» с социалистами, которые тоже яростно желали обрасти ещё большей властью. Каждая сторона хотела видеть в составе обновлённых судов и прокуратуры своих ставленников.

Сомнительные действия совершал в первый «постреволюционный» период не только блок ACUM. Пропрезидентская партия социалистов тоже потихонечку столбила всё новые и новые места под «властным солнцем». В том числе прибирая к рукам все малозаконные схемы беглого олигарха. Благо знающие люди остались на своих «прикормленных» местах. Понятно, что ни о какой коалиционной любви в такой ситуации речь уже не шла.

Обманный манёвр, или на манеже одни и те же...

Время шло. Уже осенью 2019 года, внутри коалиции всё сильнее стали звучать взаимные обвинения в явном торможении процесса преобразований.

Вроде бы верхушки министерств и ведомств сменились, но все остальные участники наработанных коррупционных схем — сотрудники среднего звена — остались на месте. Понятно, что кадровый голод нещадно косил ведомственные ряды, но всё же факт остаётся фактом.

Воспользовавшись внутрикоалиционным раздраем, беглый олигарх начал вести свою игру.

В парламентском закулисье начались переговоры о политическом сближении социалистов и демократов. Видя эти тенденции, прозападники стали педалировать назначение своих людей на ключевые посты в органах надзора.

Koca нашла на камень в ноябре 2019 года, когда премьер изменила процедуру избрания генпрокурора, возложив на себя обязательства по отбору претендентов, — вместо отвечавшего за это по закону Высшего совета прокуроров.

ПCPM раскритиковала инициативу Санду, обвинив премьера в желании получить власть над будущим прокурором, и сразу после этого, 12 ноября, выразили вотум недоверия правительству.

За это в парламенте проголосовали лишь две партии — социалисты и оппозиционная Демпартия. Но это уже было крепкое парламентское большинство — 63 депутата из 101. Вот тут-то все тенденции вылезли наружу.

Тут же, взамен отправленного в отставку прозападного правительства, было созвано новое (как тогда говорили - «переходное») правительство во главе с бывшим советником президента Додона Ионом Кику. Вcex новых министров также можно назвать прододоновскими.

Точнее всего о новом кабмине сказал представитель на тот момент уже оппозиционного блока «ACUM» Александр Слусарь: «Это правительство действительно миноритарное. Оно принадлежит нескольким людям, это не правительство партии социалистов и даже не партии демократов. Это правительство Игоря Додона, о котором он при сомнительных обстоятельствах договорился с Владом Плахотнюком».

К слову, прозападный блок «ACUM» распался буквально через месяц после отставки правительства Санду — в декабре 2019-го. В новый, выборнопрезидентский 2020 год каждый захотел войти самостоятельным кандидатом.

«Коррупция умерла — да здравствует коррупция»

К началу 2020 года, ситуация сложилась как в сказке «Убить Дракона»: ПCPM во главе с Додоном, в коалиции с ACUM «Дракона» прогнала, а заняв драконье место - избавилась от ситуативного союзника. После чего стала медленно, но уверенно сама становиться Горынычем.

Грубо говоря, в нынешних реалиях смена олигархического режима выглядит просто как замена одних «смотрящих» за схемами на других (своих/подконтрольных). Громкие «революционные» обвинения в кумовстве и коррупции, которые в унисон транслировали антагонисты-союзники, с уходом правительства Санду повисли в воздухе.

Все декларируемые ACUM реформы фактически приостановлены, как следствие — всё окружение беглого дракона-олигарха осталось на насиженных местах, сменились только главные фигуры. И дальше ожидаемо будет как в старом советском анекдоте: «при коррупционном расследовании главное не выйти на самих себя, поэтому лучше это расследование вообще не начинать».

«Гляжу в тебя, как в зеркало...»

Года не прошло с момента изгнания главного молдавского Дракона, а победитель уверенно влез в его шкуру. Причём, явно не без помощи Дракона старого.

Видимо пытаясь вернуть контроль над властью, либо, на худой конец, сохранить свои активы и доходы, Влад Плахотнюк помог Игорю Додону «живой силой и техникой». Ранее непримиримая демпартия голосовала в унисон с противниками-социалистам, за прододоновское правительство дважды: в ноябре 2019-го за переходное и в марте 2020-го за коалиционное (ПCPM+ДПМ).

Меньше, чем через год демократы вернули четыре министерских портфеля и пост вице-премьера по реинтеграции страны — Кристина Лесник, ранее занимала этот же пост в «плахотнюковском» правительстве.

Одного не учёл беглый олигарх — драконья шкура всего одна, вдвоём в неё не влезешь. И она уже занята нынешним президентом.

Наблюдая за околополитическими движениями в сегодняшней Молдове, можно с уверенностью сказать, что Игорь Додон, говоря уличным языком, «кинул» Плахотнюка. Бизнес схемы переходят под контроль людей Додона, госкомпании, управляемые олигархом, потихонечку «отжимаются», а самое главное — совместный с приднестровским «Шерифом» полноводный контрабандно-коррупционный поток уже находится под контролем нового «бизнес- партнёра». И всё это происходит меньше чем за год. И тут никакой политики, никаких партийных «заморочек», никаких «пророссийских» либо «прозападных» ориентаций — чисто деловые отношения.

Конечно, Владу Плахотнюку «непацанские» действия Додона не понравились. Особенно накануне президентских выборов, где явно будет окончательно решаться его судьба.

Если есть деньги (а их много), то они должны работать. Это знает каждый олигарх. Поэтому, во-первых, уже в апреле лавиной пошли вбросы в СМИ разных скрытых видео, на которых явно видно, как Додону вручается некий пакет от человека Плахотнюка. С конкретным намёком, что в нём, от кого и для кого этот пакет.

Во-вторых, активизировался Илан Шор (давний надёжный партнёр и соратник Плахотнюка). К слову сказать, у Шора в парламенте несколько депутатов его партии и в Оргееве с тамошним районом, явная поддержка глав и любовь жителей.

В-третьих, вечно оппозиционный молдавский политик, эпатажный молдавский Жириновский — Ренато Усатый начал своё возвращение на политическую сцену. Явно желая поучаствовать в президентской гонке, он всячески поддерживает разного рода манифестантов, в основном националистической направленности. Хотя его самого к их числу никак не отнесёшь. Буквально в середине мая Усатый помог митингу комбатантов (участников войны на Днестре со стороны Молдовы). Но основная поддержка у Ренато во втором по величине городе Молдовы — Бельцах. И, кроме этого, многие главы поселковых госдаминистраций явно ему симпатизируют, кормясь из его рук.

В-четвёртых, с трудом выпрошенный социалистами у России льготный кредит в 200 млн евро 7 мая был признан конституционным судом неконституционным (простите за тавтологию). Социалисты назвали это решение политически ангажированным, но сделать ничего не смогли.

В-пятых, в начале мая в высшем законодательном органе страны была сформирована парламентская группа «Pro Moldova» во главе с правой рукой беглого олигарха, экс-спикера парламента Андрианом Канду. В неё начали резво вступать члены проплахотнюковской демпартии, отколовшись от своих товарищей, вставших накануне в единый строй с социалистами. Туда же подтянулись депутаты из партии Илана Шора.

8 мая Pro Moldova призвала все оппозиционные партии создать блок для свержения правительства Молдовы. Основные причины: провал борьбы с пандемией, принятие неконституционных решений, а также обвинение в том, что правительство «забыло о гражданах и до сих пор не приняло ни одной меры по поддержке предпринимателей и безработных».

Учитывая, что напрямую никто не предъявит обвинение в «отжиме бизнеса и коррупционных схем у бедного олигарха», протестанты сменили формулировку на: «правительство И.Кику отклонилось от европейского курса развития страны».

Призыв выразить вотум недоверия действующему правительству молниеносно поддержала экс-премьер, а ныне лидер оппозиционной партии «Действие и солидарность» (PAS) Майя Санду. Её бывший коллега по блоку «ACUM» лидер партии Platforma DA Андрей Нэстасе пока не ответил на этот призыв.

Надо отметить, что прододоновские силы в парламенте от потери большинства отделяет всего два мандата — на сегодняшний день правящая коалиция располагает 54 голосами в парламенте, из 101 депутата — 37 у социалистов и 17 у демократов. Еще пять депутатов ДПМ ждут удобного момента для перехода в ряды Pro Moldova.

В любом случае дальнейшее развитие событий будет определять позиция фракции PAS, представляющей Майю Санду.

В ответ на это действующий президент устами нынешнего генпрокурора запросил у США экстрадицию ранее объявленного в международный розыск беглого олигарха Влада Плахотнюка, находящегося по слухам в Майями. Заодно назначив его главным бенефициаром пресловутой кражи миллиарда евро финансовой помощи EC, который вывели из страны 6 лет назад, во время правления партии и правительства Влада Плахотнюка, через подконтрольные олигарху банки.

Кроме этого, социалисты усилились на медиафронте, обвиняя оппонентов в дестабилизации и без того расшатанной пандемией обстановки.

Снова в левых СМИ звучат припрятанные год назад страшилки о вступлении в HATO, падении народного благосостояния и других напастях, связанных с правыми партиями, припоминается, в том числе, неэффективность правления команды прозападного блока «ACUM» во главе с М.Санду. 

Но скептические настроения можно заметить не только в молдавских элитах. За год наблюдений за дележом отобранного у олигарха народного имущества электорат стремительно избавляется от прошлогодней эйфории. Граждане Молдовы прекрасно видят, что награбленное Плахотнюком не возвращается народу, а оседает в закромах у новых властителей.

Цифры решают всё...

Рейтинг падает. Пресловутая «пророссийскость» Додона уже не выглядит такой привлекательной, как раньше.

В конце концов борьба за честное, богатое и достойное будущее среднестатистическим гражданином воспринимается с одинаковым позитивом как от прозападных, так и от пророссийских сил.

А сегодня в Молдове возник режим, замеченный в схемах, которые были и раньше, при власти Плахотнюка, отмечают эксперты.

Понимая это, Игорь Додон тесно общается со всеми. К традиционным встречам с российскими дипломатами прибавились регулярные консультации с послом США в Молдове Дереком Хоганом. Как говорится, ласковое теля двух мамок сосёт.

К слову, о Хогане.

На днях спецпредставителем Госдепа США было предложено изменить условия приема в HATO стран бывшего СССР, чтобы территориальные конфликты не препятствовали их членству (статья 5 Устава HATO говорит о том, что нападение на любую страну HATO будет рассматриваться как нападение на весь Альянс). Новоявленные члены HATO обязались бы не применять силу, в решении конфликта, и поддерживать только мирную реинтеграцию.

Молдове вступлению в HATO мешает не только нерешённый «приднестровский вопрос», но и статья Конституции о нейтралитете. Чтобы распахнуть альянсову дверь, Кишинёву нужен соответствующий парламент, который проголосует за изменение КОНСТИТУЦИИ.

Есть подозрение, что старый разведчик Д.Хоган активно озаботился формированием именно такого состава законодательного органа. И сейчас самое время. На сегодняшний день идею отказа от нейтралитета могут поддержать практически все фракции, кроме ПCPM.

Самое противное, что Додону антиНАТОвский козырь нужен не столько из-за «пророссийскости», сколько из бизнес-соображений, потому что только в сохранении статус кво он, совместно с приднестровским олигархическим холдингом «Шериф» сможет обогащаться. Схема, давно налаженная закадычными олигархами Владом Плахотнюком и Виктором Гушаном, отлично работает и с Додоном.

И получается, что противодействие к вступлению в HATO — это прекрасный лозунг для России, которая, по сути, сейчас из благих антиНАТОвских намерений помогает действующему президенту сохранить коррупционные схемы. На мой субъективный взгляд, сегодня президент Додон, своей ассоциацией с Россией, скорее разрушает её имидж, чем укрепляет СВОЙ.

Кстати, о рейтингах.

Более половины граждан Молдовы не имеют фаворита на президентских выборах. 

Международный аналитический портал CBS Research провёл опрос, согласно которому на предстоящих выборах за действующего президента проголосовало бы 14,3 %, за Майю Санду - 11,8 %, на третьем месте Ренато Усатый с 3,7%, далее идут: 2,5% - Андрей Настасе, 2,5% - Владимир Воронин (лидер компартии Молдовы) 1,5 % - Павел Филип лидер ДемПартии, более 58 % граждан не доверяют никому, более 20 процентов не знают, кому из политиков можно отдать предпочтение.

К слову, о доверии.

8,3% респондентов доверяют действиям Игоря Додона, 6,5% доверяют Майя Санду. За ними следует экс-мэр Бельц Ренато Усатый с 1,5%, далее — премьер-министр Ион Кику - с 0,9%. 

А что же дальше? А дальше...

Вначале то, что на поверхности. Сейчас все ждут, как поведут себя «прозападники». Станут ли снова объединяться или будут наслаждаться своими амбициями? Станут ли меняться, подбирая утерянных социалистами избирателей или продолжат гнуть свою, мало приемлемую большинством линию? Будет ли готова «кристальная Майя» запятнать себя коалицией с Плахотнюком в виде союза с группировками Шора и Канду?

Второй шанс всегда бывает последним. И не всем он даётся — партнёра по «ACUM» Андрея Нэстасе, после его циркового руководства МВД уже точно нигде не ждут. Пока реальных претендентов на президентский пост трое.

До осени Додон скорее потеряет остатки доверия, чем сохранит его. Шор на места в правительстве не претендует. Усатый выше своего мэрства не поднимется, максимум замминистра- министр.

Роль тёмной лошадки скорее может достаться Канду. Правая рука Плахотнюка, экс-спикер парламента, лидер парламентской фракции «Pro Moldova», если внимательно к нему приглядеться, то он вполне может быть каким удобно, хоть «пророссийским», хоть «проевропейским». 

Майя Санду явно хочет взять реванш у Додона, так технично «разбившего ей сердце». У Плахотнюка тоже, но беглый олигарх — это программа максимум, а Додон — программа минимум.

Сейчас кажется, что ещё немного и социалисты потеряют правительство, затем парламентское большинство, а в парламентской республике президент, оказавшись в подобной ситуации, автоматически становится пустышкой на президентских выборах.

Как прогнозирует политическое будущее Молдовы один из авторитетных экспертов: «Что может перезагрузить ситуацию в стране? Досрочные парламентские выборы. Ведь действующий парламент был выбран по правилам Плахотнюка, это люди, которых не заботит ни вектор развития Республики Молдова, ни какие-то долгосрочные проекты развития для страны. Без прихода к власти нового парламента и создания другой коалиции, которая преследовала бы определенную идеологию, у Молдовы не будет движения вперед». Правда это всё уже однажды было...

Лично по мне, интересным участником процесса был бы Марк Ткачук с «Гражданским конгрессом». Но Марк Евгеньевич в этих выборах участвовать не собирается принципиально, считая прямое голосование антиконституционным. 

Поживём — увидим. Недолго осталось. Молдавский парламент утвердил дату президентских выборов — 1 ноября.

Главное, глядя на кандидатов, почаще вспоминать Евгения Шварца:

«Работа предстоит мелкая. Хуже вышивания. В каждом из них придется убить дракона».

Владислав Аннинский